lesorubb (lesorubb) wrote,
lesorubb
lesorubb

Categories:

Молчание знаменосцев.Часть вторая



Кантария и Егоров (автоматы за спиной!)





Собственно говоря, именно эта деталь – заброшенные за плечи автоматы знаменосцев и выдает постановочный характер фотографии. Щелкая затвором камеры, направленной на героев штурма рейхстага, обхвативших древко с развевающимся на пороховом ветру флагом, корреспондент и предположить не мог, что ни Егоров, ни Кантария в этом самом штурме как раз и не участвовали. Их просто назначили знаменосцами 150-й дивизии и привели в рейхстаг в сопровождении автоматчиков роты Съянова, когда сопротивление немецкого гарнизона фактически было сломлено.

В ту, первую ночь мая, путь знаменосцам на крышу рейхстага автоматом и гранатами расчищал замполит батальона Алексей Берест. По идее, главным героем снимка как раз должен был стать именно он. Но в подвале рейхстага его не оказалось, и в кадр фотокорреспондента Берест не попал. Как не попал и в указ Президиума Верховного Совета о присвоении звания Героя Советского Союза участникам штурма рейхстага из 756-го стрелкового полка. Говорят, его вычеркнул Жуков, который не сильно жаловал политработников. Но, возможно, он просто недооценил волшебную силу фотографии, сделанной в нужном месте и в нужный час.

«Через 12 лет после войны, во время одного выступления, ко мне подошел капитан запаса Федоров из 47-й армии и категорично заявил: «Знамя Победы водрузили я и старший сержант Михаил Исаков, вот газета… смотрите…» - писал в своей книге «О рейхстаге на склоне лет» Герой Советского Союза Степан Неустроев, в батальоне которого служили Егоров и Кантария.

- Он развернул газету, в ней - снимок. На крыше рейхстага на фронтоне парадного подъезда развевается знамя, его держит Федоров, рядом старший сержант с автоматом. Под фотоснимком написано: «Капитан Федоров и старший сержант Исаков водружают знамя над рейхстагом».

Рассматривая газету, я был в недоумении, а Федоров стал пояснять: «8-го мая командование направило группу лучших воинов с корреспондентом армейской газеты на экскурсию в Берлин... Мы вечером 8 мая водрузили Знамя, а 9-го кончилась война. На меня и Исакова были написаны наградные листы на присвоение звания Героя Советского Союза, но Героев не дали. Наградили за Берлинскую операцию орденами Красного Знамени. Но ничего,— продолжал Федоров,— я своего добьюсь...».

Добился ли своей порции славы этот самый капитан Федоров, мы не знаем. Как не узнаем никогда, почему указ на присвоение звания Героев Советского Союза Егорову и Кантария был подписан не сразу, вместе с остальными участниками штурма рейхстага, а только через год, хотя имена знаменосцев были у всех на слуху.



Наградной лист на Егорова Михаила Алексеевича



Наградной лист на имя: Кантария Мельтон Варламович

Из воспоминаний Алексея Плеходанова, командира 674-го стрелкового полка:

«Вскоре в честь героев штурма рейхстага командование корпуса решило устроить банкет. Это было на даче Геринга. Командир корпуса, глядя на листок бумаги, провозгласил тост, назвав командира дивизии В.Шатилова, воинов 756-го полка: Ф.Зинченко, С.Неустроева, И.Сьянова, Береста, Егорова, и Кантария. А затем лишь упомянул меня, моего заместителя по политчасти Субботина, командира батальона Давыдова, командира роты Греченкова.

Тогда из-за стола встала врач медчасти Р.Дроздова, которая отлично знала, кто штурмовал рейхстаг, кто первым проник туда и водрузил Знамя Победы. Она сказала:


- Так это и есть все герои штурма рейхстага? Позвольте, а где же остальные герои и, в частности, разведчики 674-го полка, которые первыми ворвались в рейхстаг и водрузили на нем Знамя Победы?

- На банкет приглашены только офицеры, - ответил В.Шатилов.

- Но я вижу вон Егорова и Кантария. Какое отношение они имеют к Знамени Победы? Если говорить честно, я больше на это имею право. Во время всех трех штурмов рейхстага я находилась на НП полка Плеходанова.

Вместе с Плеходановым вошла в рейхстаг. А Егоров и Кантария пришли туда на много часов позже меня. Да еще вдобавок к тому — под охраной…

Среди собравшихся произошло замешательство. Люди стали переглядываться, шептаться. Назревал скандал. Чтобы избежать его, мы, офицеры 674-го полка, убрались восвояси. Банкет не получился...

Не забуду я и дня, когда в дивизии отбирали в Москву воинов для участия в первом параде в честь победы над фашистской Германией. Делалось все втихомолку, скрыто и в спешном порядке. Помню, В.Шатилов отобрал тогда Сьянова, Егорова, Кантария и еще кого-то из полка Зинченко, несколько воинов из других частей дивизии. И в отместку нам, ни одного представителя 674-го полка, взявшего рейхстаг!»

Все участники штурма рейхстага были награждены орденами Красного Знамени. Даже те, кто был представлен к званию Героя Советского Союза. Говорят, что список кандидатов на Золотую Звезду был слишком большой, и Жуков оставил в нем только фамилии генералов, а насчет остальных сказал, что надо разбираться. Получили ордена и Егоров с Кантарией, хотя в штурме рейхстага не участвовали.

По словам Плеходанова, когда в дивизии стали отбирать наиболее отличившихся воинов для поездки в Москву, чтобы участвовать в параде победы со Знаменем Победы, генерал Шатилов первым делом включил в список Егорова и Кантарию, еще несколько человек из полка Зинченко – и ни одного представителя 674-го полка, взявшего рейхстаг.

Однако маршал Жуков распорядился Знамя Победы на параде 24 июня 1945 года не выставлять, а сдать в музей Вооруженных Сил на вечное хранение. А знаменосцам Егорову и Кантарии, прилетевшим в Москву из Берлина для участия в победном параде, приказали сидеть на гостевой трибуне вместе со своим комбатом Степаном Неустроевым. Версия, что они были плохо подготовлены в строевом отношении, звучит малоубедительно. Кто тогда из фронтовиков, «пол-Европы по-пластунски пропахавших», мог ходить парадным шагом?

Есть еще одна странность, связанная со знаменем Победы – о нем в своих мемуарах писали все, причастные к штурму рейхстага – и командир 150-й стрелковой Идрицкой дивизии генерал Шатилов, и командир 756-го полка Зинченко, и начальник политотдела Лисицын, и комбат Неустроев. Не писал только командующий 1-м Белорусским фронтом маршал Жуков. Почему?

Тайна маршала Жукова

Известно, что мемуары легендарного полководца Великой Отечественной Георгия Жукова, первое издание которых вышло в 1969 году, были подвергнуты придирчивой цензуре.

Дело в том, что Георгий Константинович, всю жизнь недолюбливавший политработников, всячески препятствовал воспеванию роли партии в Великой Отечественной войне. И, наверное, совсем не случайно, когда из-за несгибаемого характера полководца Главное политуправление Минобороны СССР могло вообще наложить вето на его мемуары, если бы их копия неожиданно не оказалась на западе – нашлись, видимо, доброжелатели. Причем Жуков к данной «утечке» не имел никакого отношения.

После чего Политбюро ЦК КПСС, под бдительным оком которого готовилась к изданию книга Жукова, ничего не оставалось, как запустить в тираж долгожданные «Воспоминания…», которые сразу же стали бестселлером.

Сейчас первое издание книги является настоящим раритетом, потому что позднее в мемуарах маршала появилось много купюр и исправлений. Особенно по части штурма рейхстага.

Открываем 654-ю страницу:

«…30 апреля 1945 года навсегда останется в памяти советского народа и в истории его борьбы с фашистской Германией. В этот день, в 14 часов 25 минут, войсками 3-й ударной армии… была взята основная часть рейхстага…

За этим исторически важным боем лично наблюдал командарм В.И.Кузнецов, который держал со мной непрерывную связь. Около 15 часов 30 апреля он позвонил мне на командный пункт и радостно сообщил: - На рейхстаге – Красное знамя! Ура, товарищ маршал!»

Кто были эти храбрецы, водрузившие победный флаг на рейхстаге, Жуков в своих мемуарах не пишет. Нет там упоминания и о Егорове с Кантарией. Хотя по логике, маршал, руководивший войсками, бравшими Берлин и принявший капитуляцию у генералов Вермахта, просто обязан был назвать их имена.

В следующем издании «Воспоминаний и размышлений» вообще происходит странная вещь - указывая время взятия рейхстага, Жуков неожиданно переводит на три с половиной часа вперед стрелку циферблата своих часов – до 18-00. А после смерти маршала, к моменту публикации 10-го переиздания его книги, разница между временем доклада командарма В.Кузнецова и временем, указанным в боевых донесениях частей, штурмовавших рейхстаг, составляла уже 7 часов!

Зачем надо было сдвигать время к ночи 30 апреля? Может, для того, чтобы время взятия рейхстага совпало со временем водружения там Знамени Победы под № 5, которое было доставлено туда по приказу командира 756-го полка Ф.Зинченко? Но кто же тогда водрузил красный флаг над парадным подъездом в 14 часов 25 минут? И было ли оно там вообще?

Впрочем, это не единственные изменения. В последующих изданиях книги из набора иллюстраций под названием «Рейхстаг взят!» была изъята фотография группы разведчиков лейтенанта Сорокина, на переднем плане которой в лихо заломленной пилотке улыбался в объектив фотокора газеты «Красная звезда» Александра Капустянского юный солдатик Гриша Булатов.

Почему Георгий Жуков для иллюстрации своих воспоминаний выбрал именно его? И зачем эту фотографию при переиздании мемуаров редакторская группа решила из книги изъять?

Я связался по телефону с Анной Давыдовной Миркиной, которой выпала большая честь работать вместе с Жуковым над его книгой. Она тоже удивилась, что снимок группы разведчиков при последующих переизданиях мемуаров полководца куда-то исчез. Но сказала, что не отвечала за подбор иллюстраций и поэтому не может знать, кто принял решение убрать снимок разведчиков Сорокина из «Воспоминаний…» маршала.

Не знала об этом и Мария Георгиевна – младшая дочь полководца, с которой мы тоже долго обсуждали, почему в его книге о водружении Знамени Победы сказано как бы вскользь. Потом она вспомнила, что у них в семье хранится магнитофонная пленка, где Жуков в день своего 75-летия делится наболевшим с дочерью генерала Переверткина, командира 79-го стрелкового корпуса:

- Он говорит, что находятся ловкачи – присваивать себе чужую славу. Одна из собеседниц, по-моему, это как раз и есть дочь генерала Переверткина, говорит, что правда все равно восторжествует. На что отец ей отвечает – иногда приходится добираться до этой правды тяжелыми путями…

Что имел в виду маршал Жуков? О какой правде он тогда говорил? Нет никаких сомнений в том, что он знал имена настоящих героев штурма рейхстага. Но вынужден был молчать, чтобы не разрушать миф о знаменосцах, назначенных политорганами.

Тем более, что даже сами участники штурма рейхстага в своих воспоминаниях путают время, когда над рейхстагом взметнулся флаг Победы.



Берлин. Советские солдаты на крыше Рейхстага салютуют в честь водружения Красного знамени. Фото Я. Рюмкина. Репродукция Фото ИТАР-ТАСС.

Телеграмма Кармена

Группа разведчиков лейтенанта Сорокина попала в историю не случайно. Просто так ее не снимали бы для «Красной звезды» и «Комсомольской правды», корреспондент которой - Иван Шагин, щелкая фотоаппаратом в спину разведчикам, побежал вместе с ними к рейхстагу, попросив их для большей убедительности сымитировать тот самый бросок со знаменем, который они совершили днем 30 апреля – как раз где-то около 14 часов. Флаг на снимке держит в руках Гриша Булатов, а рядом в кожаной трофейной куртке и планшетом на боку бежит лейтенант Сорокин.

Вся группа потом салютует на фоне флага, водруженного в сбрую конной статуи на фронтоне рейхстага, прямо над парадным входом. Здесь же палит из маузера комбат Неустроев – этот снимок снова делает фотокор «Красной звезды» Капустянский.

То, что одна и та же разведгруппа попала в объективы двух разных фотокорреспондентов, могло быть простым совпадением. Однако известный документалист Роман Кармен снял на свою кинокамеру не Егорова с Кантарией, а ту же самую группу лейтенанта Сорокина. Много дублей они бегали со знаменем к парадному подъезду рейхстага, поднимались с боем по лестнице, лезли на крышу – при этом Знамя все время находилось в руках у невысокого, юркого разведчика Гриши Булатова. Того, кто водружал его на крыше рейхстага.



9 мая 1965 года. Подпись под снимком ИТАР-ТАСС: Москва. Красная площадь. Участники штурма рейхстага Михаил Егоров, Константин Самсонов и Мелитон Кантария на параде, посвященном 20-летию Победы

Просто так, без разрешения командования, попасть в хронику солдаты не могли. Их участие в съемках Роман Кармен должен был согласовать, как минимум, с политотделом дивизии. Исторические кадры эти потом лягут в основу документального фильма «Взятие Берлина». Только голос диктора за кадром почему-то будет называть фамилии Егорова и Кантарии. А кадр, в который попало лицо Григория Булатова, снятое крупным планом, когда он устанавливал древко знамени, цензура потом вырежет. Но это будет сделано слишком поздно, когда пленки с фильмом разойдутся по всей стране, и в далеком Слободском земляки узнают Булатова именно по этому кадру. Правда, спросить будет не у кого - знаменосец вернется на родину только в 1949 году, но это уже другая история.

Через двадцать лет после войны, в своей книге «Как это было», Роман Кармен приведет текст телеграммы, которую отправил в «Совинформбюро» 2 мая 1945 года: «…Сегодня я познакомился с командиром взвода разведки Семеном Егоровичем Сорокиным. Вместе с рядовым Григорием Булатовым он тридцатого апреля под ураганным огнем немцев забрался на крышу рейхстага и водрузил Знамя…»

Далее, комментируя собственную телеграмму из поверженного Берлина, Роман Кармен задает резонный вопрос: «Кто первый водрузил Знамя Победы над рейхстагом? Прошли годы, в историю вошли имена Кантария, Егорова, капитана Самсонова. Сейчас, перечитывая свою телеграмму, в которой названы иные имена, я вспоминаю, как на ступенях рейхстага меня познакомили с лейтенантом Сорокиным и рассказали о подвиге, который он совершил 30 апреля вместе с солдатом Булатовым.



Кинооператор Роман Кармен во время съемки в Берлине у Бранденбургских ворот. Германия. 1945 год

Я думаю, что мое телеграфное сообщение не опровергает официальной версии об историческом эпизоде водружения знамени Победы в Берлине. Я помню, что видел на крыше рейхстага несколько флагов. Один развевался над куполом – его подняли Егоров и Кантария – другой был привязан к конной статуе. Полыхали флаги и на правом, и на левом крыльях здания. Флаги эти были водружены советскими воинами, которые, не помышляя о личной славе, совершили в разгаре боя свой подвиг. Многие из них, как например, упомянутые мною Булатов и Сорокин, остались и поныне неизвестными. Где они, эти герои?»



Семен Сорокин после войны в трофейной куртке, в которой брал рейхстаг

Засекреченная рукопись

Семен Сорокин после войны в трофейной куртке, в которой брал рейхстаг

Лейтенант Семен Сорокин, во взводе которого воевал знаменосец Булатов, после войны вернулся в Москву, в родной МАИ. Всю свою жизнь вел борьбу за восстановление справедливости по отношению к своим разведчикам, обойденным славой. Писал в газету «Правда» - копию его письма в 39 страниц и копии наградных листов мне передали ребята из группы «Поиск» этого института в 2001 году. Они сделали все, чтобы добиться правды: писали в институтскую газету «Пропеллер», «Аргументы и факты», разместили в Интернете страничку памяти Семена Сорокина, обращались на телевидение – но кто сейчас будет ворошить прошлое? Тем более, что в живых из разведчиков никого не осталось…

Бывший командир 674-го полка Алексей Плеходанов, пытаясь добиться справедливости, в 1966 году разослал по центральным газетам статью «Как свершилась афера века», которая так и не была опубликована. Вот выдержки из нее:

«После демобилизации из Советской Армии, и особенно в последние годы, когда был развенчан культ личности, участники штурма рейхстага и водружения на нем Знамени Победы неоднократно обращались в самые различные инстанции с просьбой помочь разобраться, установить истину в деле водружения Знамени Победы.

Они единогласно заявляли, что Егоров и Кантария никакого отношения к водружению Знамени не имеют. Больше того, врученное им знамя Военного совета армии они потеряли, позорно сбежали с поля боя. В рейхстаг эти горе-воины пришли, как говорится, на шапочный разбор, тогда, когда на нем уже почти сутки развевалось Знамя Победы, причем пришли в сопровождении группы автоматчиков…

Все свои заявления настоящие герои подкрепляли убедительными и неопровержимыми доказательствами. Вся эта семерка разведчиков и их боевые друзья неоднократно рассказывали ответственным товарищам, пытающимся их подвиг потопить в массовом героизме. Однако нигде и никогда они не получили вразумительного ответа. Обещанные перед штурмом рейхстага от имени Верховного Командования высшие правительственные награды за водружение Знамени Победы так и остались неврученными и спустя 20 с лишним лет после окончания войны.

И в то же время, издеваясь над этими героями, вот уже два десятка лет чествуют тех, кто убежал с поля боя, кто никакого отношения не имеет к взятию рейхстага и водружению на нем Знамени Победы. Кому нужна эта ложь, какой цели она служит? Этой фальсификации пора положить конец».

В октябре 1967 года непризнанные герои штурма рейхстага, устав натыкаться на стену молчания официальных органов печати, выпустили самиздатовский сборник своих воспоминаний, копии которого передали в Верховный Совет СССР, Союз писателей СССР и Институт военной истории Министерства обороны. В него, кроме воспоминаний разведчиков из группы Сорокина, вошли записи из дневника бывшего командира 674-го стрелкового полка Алексея Плеходанова, который с беспощадной откровенностью раскрыл детали штурма рейхстага, водружения Знамени Победы и всю последующую интригу с награждением.

Однако не зря говорят, что все тайное со временем становится явным. После того, как Министерство обороны РФ пару лет назад начало выкладывать в Интернет наградные листы на всех фронтовиков, в том числе и на тех, кто водружал Знамя Победы над рейхстагом, стал очевидным обман при награждении знаменосцев. Если подвиг Булатова ни у кого в 3-й Ударной армии не вызывал сомнения, то и представляли его сразу к званию Героя Советского Союза, в чем лично расписался на обороте наградного листа командир 150-й стрелковой Идрицкой дивизии генерал-майор Шатилов. А вот Егорова и Кантарию за один и тот же «подвиг» наградили дважды. Сначала – орденами, потом – звездами Героев. Хотя за одно и то же, как известно, дважды не награждают.



Наградной лист на Георгия Булатова

Справедливости ради следует признать, что ни Егоров, ни Кантария никогда не претендовали на роль первых знаменосцев. В одном из интервью Мелитон Кантария признается, что «первыми в рейхстаг ворвались наши разведчики: Провоторов и Булатов. Они укрепили флаг на фронтоне. Флаг тотчас же заметили воины, лежавшие под огнем противника на площади».



Гриша Булатов

«Гришка-рейхстаг»


Гриша Булатов

Гриша Булатов был родом из небольшого городка Слободского под Вяткой. Ему было 16 лет, когда началась война, на которую он проводил своего отца Петра Григорьевича. А вскоре, когда на старшего Булатова пришла «похоронка», сын не стал дожидаться плановой мобилизации и удрал на фронт добровольцем, чтобы мстить за отца. Брал «языков», забрасывал гранатами огневые точки, даже ранение успел получить. В Берлин пришел с двумя медалями «За отвагу» и орденом Славы на груди. После штурма рейхстага его должны были наградить звездой Героя, но дали орден Красного Знамени. Когда он стал возмущаться и требовать заново «переиграть» бой, его быстро укоротили.

Не знаю, верить этой истории или нет, но, по словам Виктора Шуклина - близкого друга Булатова, в июне 45-го, во время торжественного приема в Кремле, его отозвал в сторонку Сталин. Разговор был кратким и без свидетелей:

«Товарищ Булатов! Вы совершили подвиг и поэтому достойны звания Героя Советского Союза, но на сегодняшний день обстоятельства требуют, чтобы на вашем месте были другие люди. Вы должны совершить еще один героический поступок – забыть об этом. Пройдет время, и вас дважды наградят «Золотой Звездой».

После этого его якобы привезли на какую-то дачу для отдыха, предложили выпить-закусить. А потом горничная из обслуживающего персонала инсценировала попытку изнасилования и закричала. Тут же вбежала охрана...

В тюрьме, куда попал Григорий, ему сказали: «Мы знаем, что ты должен был получить «Золотую Звезду». Мы дадим свою высшую награду — «Вор в законе». И сделали ему соответствующие татуировки на груди. Перед тем как выпустить, предупредили: чтобы 20 лет молчал обо всем, а потом хоть мемуары можешь писать.

Он вернулся в Слободское, пошел работать на фанерный комбинат, женился. Но жизнь знаменосцу, как и многим фронтовикам, сломала атмосфера лжи, окутавшая историю войны. В День Победы он шел в пивную заливать свою боль, не желая участвовать в официальных торжествах – ему все равно никто не верил. Может, именно тогда к нему приклеилось ироничное прозвище «Гришка-рейхстаг».

Он надеялся, что добьется справедливости, писал письма Жукову и Кармену, вел дневник, но в итоге оказался неудобным для властей и угодил под суд по сфабрикованному делу. Ходатайствовать об освобождении знаменосца приезжал его бывший командир дивизии генерал Шатилов. Вернувшись домой, Булатов обнаружил, что письма Жукова и Кармена таинственным образом исчезли.

В 1969 году, после скандала в горкоме, где пытался «вывести на чистую воду» местных чинуш, Булатов схлопотал еще один срок – за хулиганство. Выйдя на волю, купил билет до Москвы, чтобы встретиться с однополчанами. На столичном вокзале вместо паспорта показал милиционеру справку об освобождении, был посажен в вагон и отправлен обратно в Кировскую область.

Доказывать свою правду сил у него уже не было. Вернувшись в Слободское, Булатов пошел к себе на завод и повесился в туалете. Было это в апреле 1973 года – за десять дней до очередной годовщины штурма рейхстага…

Фото: ИТАР-ТАСС

источник: http://svpressa.ru/war/article/55116/#1
Tags: СССР, история, мифы и легенды
Subscribe

  • (no subject)

    В телефоне целый список мужских имён, а мелодию "О, Боже, какой мужчина!" поставить не на кого.

  • личный - Главная страница

    личный - Главная страница На форуме сайта в свободных темах.в разделе "Интернет для детей" очень уникальная энциклопедия динозавров.Тем,кому…

  • Блог - личный

    А я вам стихи принес «Поэзия белокурой бестии». Шедеврально Блог - личный

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments